- Мам, а в Киеве метро есть?
- Есть
- Но там наверное билеты другие, да?
- Точно
- *в приступе подозрительности* И деньги там тоже другие?
- Да
- А где мы их возьмем?
- Купим.
Возможность купить деньги ставит Машку в тупик. А еще в банке работать собирается.
Билеты я купила в плацкартный вагон, желая сэкономить и из ностальгических соображений - вспомнила, как в детстве ездила к бабушке в плацкарте. Оказалось, что со времен детства мое личное пространство сильно расширилось, и толкущиеся в нем люди раздражают аж до нервной почесухи. На верхней полке даже я не могу ни сесть, ни вытянуть ноги, вагонная печка жарит как в бане, свет включается и выключается как взбредет в голову проводнику, а Машка все время норовит свалиться с полки вниз. В общем, записывайте меня в снобы или куда угодно, но в плацкарте я отныне езжу только в случае полной безнадеги. К прелестям путешествия добавился крайне неприятный эпизод с конотопскими погранцами, так что в Киев я прибыла злобная и невыспавшаяся. Родина предков встречала меня неласково.
Потом мы с Машкой долго шли вверх по улице Симона Петлюры (бывшая Коминтерновская) в поисках обменника. Несмотря на то, что девять уже пробило, продать нам гривны никто особо не рвался. В Киеве вообще никто никуда не торопится. Наконец-то поменяв деньги, мы смогли позавтракать в привокзальной выбегалочке(с) холодными блинами. На разграбление города у нас было пять часов.
Вышли из метро на Крещатик. Он меня, честно говоря, не торкнул. Обычная большая улица с магазинами, ничем принципиальным ни от Тверской, ни от, скажем, Невского не отличающаяся. Такая есть, наверное, в любом крупном европейском городе.
Майданом Незалежности тоже, наверное, стоит любоваться весной или летом, когда бьют фонтаны, а не в холодный пасмурный октябрьский день, когда единственное яркое пятно - митинг коммунистов с красными флагами и хоругвями. Ожидался парад в память УПА, так что мы на Майдане задерживаться не стали. Одно из сильнейших различий между Киевом и Москвой - уличная реклама. Если в Москве все крутится вокруг денег и способов их потратить, то в Киеве тон задает политика. Я даже портрет Медведева там увидела, на рекламе местного еженедельника. "Медведев угрожает атомной войной!" - гласил броский заголовок. При этом ДМ на фотографии целился почему-то из винтовки.
Мы потихоньку пошли вверх по Михайловской, потом по Десятинина. Тихие, старинные, солидные улицы. Кругом посольства и офисы Большой Четверки - эти засранцы всегда умели хорошо устраиваться. Ухоженные дома не скрывают своего возраста - в отличие от того же Арбата, отреставрированного до впечатления новодела, киевским улицам позволено стареть с достоинством. Разница примерно такая же, как между Гурченко и, скажем, Быстрицкой. Хотя Гурченко не может не вызывать уважения своей волей к победе, Быстрицкая смотрится органичнее.
Выходим на Андреевский спуск. Меня совершенно очаровала эта мощеная улочка, змеей бегущая вниз, вниз, вниз по склону, невысокие дома, заросшие осенними деревьями холмы, серое небо как небеленый холст... В который раз я пожалела, что не умею рисовать. Уговариваю Машку рассмотреть все хорошенько, чтоб потом дома запечатлеть, но эту прагматичную кузю больше интересуют сувенирчики, выставленные на многочисленных прилавках. Пока она там все пересматривает и перещупывает, я от нефиг делать читаю ценники с инструкциями для туристов. "Кулоны. Лаковая миниатюра, традиционная украинская техника" И рядом на английском: "Pendents". "Пендентс. Повбывав бы," - ворчу я себе под нос.
Выходим на Контрактову площадь, к Пузатой Хате - заведению, рекомендованному специалистами - краеведами. Пузата Хата - это такое украинское Му-Му. Только дешевле. Я уже совсем размякла и оттаяла, пытаюсь общаться с населением на своей изрядно подзаржавевшей мове, Отвечают мне все, однако, по-русски. Что-то, видимо, выдавало в Штирлице русского разведчика.
Путь к метро идет мимо Могилянской Академии, которую окончили многие мои друзья-киевляне. Красиво и внушительно.
По сравнению с московским, киевское метро действительно очень перегружено. Мы катались в середине дня, не самое пиковое время, но протолкнуться было трудненько.
К поезду иду в предвкушении еще одной бессонной ночи в плацкарте. Однако добрый, хотя и корыстный ангел в фуражке проводника предлагает нам за смешную сумму в 500 рублей проапгрейдиться до купе. Я с радостью соглашаюсь и мы с комфортом доезжаем до Москвы в почти пустом вагоне.
Полшестого утра, в Москве тепло и сыро. Мне здесь хорошо.